Развитие кризиса в Российской Федерации

На протяжении нескольких предкризисных лет (вплоть до момента начала резкого торможения и впоследствии спада производства) российская промышленность росла темпами порядка 6% в год.

Цены на нефть были высокими, увеличивалась динамика импорта, связанная с длительным укреплением рубля, вследствие того, что условия внешней торговли для России были благоприятными, предприятиям выгоднее стало импортировать товары, чем производить их внутри страны.

Сложившаяся ситуация определила напряженное положение обрабатывающей промышленности, других отраслей, ограничила инновационную динамику развития российских компаний. Структура потребления товаров свидетельствовала о том, что около 30% продовольственных и 75-80% промышленных товаров на отечественном рынке были зарубежного производства вследствие более высокого качества и конкурентоспособности.

Определенную часть продукции составляли товары, которые собираются и производятся в России, например, автомобили, холодильники. Но все-таки в них очень большая доля импортных компонентов. Отечественные потребители и инвесторы сформировали модель потребительского поведения, нацеленную на глобальный рынок товаров и капитала.

Ослабление национальной валюты может рассматриваться как дополнительный ресурс возобновления роста промышленности – благодаря повышению рентабельности экспорта и эффекту импортозамещения. Однако рост экспорта в ближайшей перспективе будет ограничен снижением спроса на мировых товарных рынках.

В условиях сужающегося спроса, низкой конкуренции на российском товарном рынке и отсутствия ресурсов для модернизации производственной базы (для выпуска продукции, замещающей подорожавший импорт) девальвационный задел будет переведена производителями в рост цен и в минимальной степени – в рост выпуска и расширение доли рынка.

В рамках сложившегося технологического уровня российской промышленности сложно реализовать главную часть девальвационного ресурса – в части высокоточного, энергетического оборудования, фармацевтической продукции и т. д. Организация соответствующих производств предполагает не только значительные объемы ресурсов, но и продолжительный период реализации проектов. Мгновенный эффект импортозамещения (в связи с девальвацией 2008–2009 г.) можно оценить как достаточно слабый, а среднесрочный (связанный с инновационными процессами) – как неочевидный.

Если в развитых странах в ближайший год в центре внимания окажется реальный сектор экономики, а состояние банковского сектора уже является достаточно предсказуемым, то в России негативный сценарий развития экономики связан с динамикой банков.

Важным вопросом является способность российских банков кредитовать реальный сектор в связи с тем, что рынки международного капитала остаются закрытыми, что означает, что формировать ресурсы российским банкам придется в условиях отсутствия притока внешнего капитала.

В период пика кризиса эта проблема решалась увеличением государственных вливаний в банковский сектор, благодаря которым государственные банки (Сбербанк и ВТБ) продолжали наращивать кредитные портфели, в то время как остальная часть банковского сектора кредитование сокращала. С одной стороны, увеличение государственных вливаний привело к росту давления на валютном рынке; с другой стороны, сокращение объемов государственной поддержки является опасным решением в условиях рецессии. В ответ на кредитное сжатие произошло увеличение неплатежей в реальном секторе, поэтому сжатие денежной массы обострило кризис.

Сокращение срочности финансовых ресурсов в банковской системе, неопределенность в экономике и нестабильность валютного курса изменили экономическое поведение акторов (юридических и физических лиц), которые уменьшили объемы депозитов и сократили их сроки. Средства предприятий на счетах также стали короткими ресурсами, а государственные ресурсы в большинстве случаев выдаются на четыре-пять недель и не могут быть использованы для предоставления длинных кредитов.

Региональные банки оказались сегодня в сложном положении, поэтому многие из них станут центрами клиринговых расчетов, в регионах будут создаваться расчетные палаты, вексельные центры и др. Возможно появятся новые тренды финансово-кредитного комплекса, направленные на развитие системы обращения через систему денежных суррогатов, будут развиваться, например, системы вексельного кредитования и др.

В последние годы ощущался недостаточно высокий инвестиционный рост и слишком быстрый рост потребления. Нехватка свободных мощностей в экономике означает, что девальвация курса национальной валюты не даст существенных преимуществ внутренним производителям, которым требуются «длинные деньги» для инвестиций в наращивание мощностей.

Основной задачей формирования модели инновационного развития экономики является выход на траекторию инвестиционного роста, отражающего новые возможности частного сектора и опирающегося на внутренние частные сбережения. Реализация этой стратегии предполагает сокращение расходования государственных средств, замедление темпов роста потребления, не сопровождающегося ростом производительности труда.

Наиболее рисковая ситуация на российском финансовом рынке в условиях кризиса наблюдается в частном банковском секторе в связи с тем, что федеральная помощь до региональных банков так и не дошла, поэтому малоформатные банки сокращают свою активность из-за нехватки ликвидности. Более всего пострадали при этом малые и средние предприятия, которые являются основными клиентами региональных кредитных структур.

Сложной проблемой российских предприятий и фирм является сегодня сокращение спроса на продукцию. Отсутствие спроса может вызвать новый виток кризиса с разрушительными последствиями для экономики.

Южный федеральный округ (ЮФО) на фоне других регионов выглядит наименее пострадавшим от кризиса, что объясняется экономическим отставанием региона от среднероссийского уровня. В ЮФО немного крупных промышленных предприятий, при этом 40 предприятий оказались в правительственном списке 295 системообразующих предприятий, которым оказывается помощь, либо находятся в зоне расширенного мониторинга, организованного правительством России, и могут рассчитывать на внимание региональных антикризисных комиссий.

Избыточная ликвидность в ущерб доходам будет поддерживаться в финансово-кредитном секторе до тех пор, пока не стабилизируется спрос в основных отраслях реального сектора и не определится реальная кредитоспособность большинства предприятий, усилить динамику этого процесса за счет предоставления ресурсов сегодня может только государство.

Механизм «перезапуска» экономики на основе кредитования банками долга частного сектора не заработал в связи с тем, этот долг не был снижен до приемлемой эффективности использования капитала уровня.

Если предельная эффективность использования капитала падает, то долги превращаются в нерегулируемые риски, инвесторы осознают неэффективность своих вложений в активы компаний, стоимость активов снижается, а номинальный долг, сформировавшийся на росте стоимости активов, остается, но возможность его выплаты ограничены.

Предприятиям необходимо менять модель экономического поведения и формировать стратегию импортозамещения, снижение курса рубля относительно доллара привело к удорожанию импорта. В настоящее время еще актуальным является вопрос о расчетах по своим обязательствам предприятий и банков, привлекавших иностранные кредиты.

В докризисный период российские компании, реализующие стратегию роста, привлекали долговой капитал, в меньшей степени сотрудничая с зарубежными компаниями с целью привлечения прямых инвестиций. В России инвестиционное стимулирование экономического роста привело к «перегреву» экономики, факторами которого выступили повышающаяся инфляция, сочетаемая с высокими темпами экономического роста, повышение заработной платы, превосходящее увеличение производительности труда, нарастающий дефицит квалифицированной рабочей силы, рост чистого притока иностранного капитала, вызванный внешними займами экономических агентов (частных компаний и банков), достигший в 2007 г. 83 млрд долларов.

Высокие темпы и объемы наращивания частного внешнего долга коммерческими банками и фирмами, которые возвращали кредиты и проценты по ним за счет новых займов, снизили устойчивость акторов к внешним рискам. Инфляция определяла и высокий уровень процентов за кредит, превышавших среднюю рентабельность ряда отраслей и недоступных для многих фирм, а также высокие по мировым меркам ставки других инструментов на российских финансовых рынках, хотя многие из них были ниже темпов инфляции, т. е., в реальном выражении, отрицательными.

В этих условиях внешние кредиты оказались более дешевыми и выгодными займами, позволяющими банкам переадресовывать их на внутренний рынок по более высоким процентным ставкам. Недорогие внешние займы выступали, с одной стороны, фактором обеспечения конкурентоустойчивости банков, а, с другой стороны, снижали необходимость развития систем риск-менеджмента, позволяющих контролировать риски.

Высокие цены на сырьевые ресурсы позволили государству сформировать резервы, которые не направлялись в реальный сектор экономики в виде инвестиционных вложений, а использовались лишь в качестве инструментов финансовых инвестиций.