Заключение

Растущая глобализация мировой экономики приводит к увеличению трансграничных финансовых потоков и, в том числе, к росту капиталовложений в форме прямых инвестиций. Так, за период 1990 - 2013 гг.

ПИИ вырос более чем в шесть раз, а накопленный объем притока и оттока ПИИ - в 12 раз.

Индекс транснациональности 100 крупнейших нефинансовых ТНК мира за период с 2001 г. по 2013 г. вырос на 10 п.п., составив в 2013 г. 60%, что объясняется большей активностью корпораций на внешних рынках, чем на внутренних: в 2013 году рост зарубежных активов в сравнении с 2001 годом составил 273%, а рост внутренних активов - лишь 183%. Аналогична динамика и для темпов роста продаж и численности персонала.

В числе мотивов прямого иностранного инвестирования сегодня ключевыми остаются для всех групп стран факторы рынка. Факторы, связанные со снижением издержек производства, играют большую роль для ТНК развитых стран, тогда как для ТНК из развивающихся стран и стран с переходной экономикой существенными являются факторы инвестиционного климата.

Усиление роли ТНК в развитии международного производства сопряжено с тремя следующими долгосрочными факторами:

1. Формирование инвестиционной политики государств в интересах устойчивого развития. Либерализация инвестиционной политики стран в начале XXI века, несомненно, способствовала увеличению трансграничных инвестиционных потоков, однако в 2009 - 2013 гг. большей частью под влиянием мирового финансового кризиса правительства стали принимать меры по ужесточению инвестиционной политики в интересах своего устойчивого развития.

2. Быстрый технологический прогресс. Ускорение темпов технологического развития приводит к увеличению глобальных потоков прямых иностранных инвестиций, основными мотивами осуществления которых выступают снижение издержек и повышение эффективности.

услуг по разным странам, учитывая степень их технологического прогресса. А это, в свою очередь, приводит к возрастанию роли глобальных производственных систем (ГПС) в мировой экономике.

3. Усиливающаяся конкуренция, как внутренняя, так и внешняя, вынуждающая ТНК расширять «географию» своей деятельности.

Процесс прямого иностранного инвестирования зачастую сопряжен с конфликтом интересов сторон - стран-продуцентов и стран-реципиентов ПИИ. Так, основным мотивом при привлечении ПИИ у стран-реципиентов является доступ к капиталу, тогда как мотивами стран-продуцентов является снижение издержек и повышение эффективности. Другими мотивами стран-реципиентов является доступ к новейшим технологиям и компетенциям, однако страны- продуценты, как известно, не спешат делиться своими последними разработками и ноу-хау. В этой связи особое значение имеет государственная долгосрочная сбалансированная инвестиционная политика, направленная на экономический рост и устойчивое развитие страны.

В период 2000 - 2013 гг. отмечалось неравномерное развитие процесса прямого иностранного инвестирования.

Так, в период 2000 - 2008 гг. активность в сфере ПИИ росла, общий приток ПИИ достиг 1819 млрд. долл. (с одной стороны, превысив аналогичный показатель 2000 г. на 29%, однако, с другой стороны, снизившись на 9% по сравнению с 2007 г. под влиянием мирового финансового кризиса).

В 2009 г. приток ПИИ сократился на 33% по сравнению с 2008 г., однако в целом за период 2009 - 2011 г. наблюдалось постепенное увеличение (восстановление) глобальных объемов ПИИ.

В 2012 г. вновь имело место снижение потоков ПИИ на 22% от уровня 2011 г., тогда как в 2013 г. международное производство ТНК продолжило расти благодаря тому, что накопленный объём ПИИ вырос на 9%, достигнув 25,5 трлн. долларов.

Анализ динамики притока ПИИ в 2000 - 2013 гг.

В глобальном оттоке ПИИ наблюдалась аналогичная динамика, однако развитые страны по-прежнему удерживают лидерство: их доля хоть и сократилась в 1,3 раза, но составляет 60,8%. При этом доля развивающихся стран в оттоке ПИИ выросла в 2,7 раза, достигнув 32,2%, а доля стран с переходной экономикой выросла в 27 раз, составив в 2013 г. 7%.

Кроме того, если в 2001 году среди 100 крупнейших нефинансовых ТНК мира по величине иностранных активов было лишь четыре ТНК из развивающихся и переходных экономик, то в 2013 их количество достигло восьми.

Анализ TOP-20 стран в притоке и оттоке ПИИ в 2000 г. и 2013 г. позволил сделать следующие выводы. Если в 2000 г. количество развивающихся и переходных экономик в TOP-20 стран в притоке ПИИ равнялось 6, а на их долю в TOP-20 приходилось 15%, то в 2013 г. количество стало равняться 10, а доля - 51%. TOP-20 стран по оттоку ПИИ позволяет увидеть аналогичную картину: в 2013 году количество развивающихся и переходных экономик в ТОР-20 увеличилось с 4 до 6, причём их доля в ТОР-20 выросла с 10% до 29%.

Указанная динамика объясняется ускоренным экономическим ростом развивающихся стран и стран с переходной экономикой по сравнению с развитыми странами за рассматриваемый период, а также наличием у них большого нераскрытого потенциала. Так, за период с 2001 г. по 2013 г. доля общемирового ВВП, приходящегося на развитые страны, снизилась с 77% до 59%, в то время как доля развивающихся стран и стран с переходной экономикой

выросла, составив 37% и 4% соответственно.

Виду того, что основным источником развития являются инвестиции и, в частности, во все большей степени - прямые иностранные инвестиции, то отмеченная тенденция является следствием, в том числе, либерализации инвестиционной политики стран, снизившей барьеры на пути движения прямых иностранных инвестиций, а также ускорением технологического прогресса.

Принимая во внимание основные положения теории пути инвестиционного развития, в также размер коэффициента корреляции между величиной ВВП на душу населения и оттоком ПИИ для развивающихся и переходных экономик - 0,97, можно спрогнозировать потенциал оттока ПИИ из развивающихся и переходных экономик в долгосрочной перспективе: для развивающихся стран - 4 трлн. долл./год, для стран с переходной экономикой - 430 млрд. долл./год.

Особый интерес представляет изучение процессов прямого иностранного инвестирования по проблематике Докладов ЮНКТАД о мировых инвестициях, которое позволило выявить следующую тенденцию: если в начале первого десятилетия XXI века особое внимание уделялось факторам, связанным с ростом общемировых инвестиционных потоков, то начиная с 2009 г. акценты сместились в сторону вопросов устойчивого развития и экономической безопасности стран.

В период 2006-2013 гг. российские компании существенно активизировались в части международного движения капитала, увеличив свою долю в общемировом объеме оттока ПИИ в 3,2 раза с 2,1 до 6,7%, составив в 2013 г. 95 млрд. долларов. Причем если в 2006 - 2008 гг. Россия была нетто- импортером капиталов, то в 2009-2013 гг. - уже нетто-экспортером. По объёмам оттока ПИИ Россия входит в первую десятку стран, занимая по итогам 2013 года 4 место, поднявшись в рейтинге на три строчки по сравнению с 2012 годом.

Основными получателями российских прямых инвестиций традиционно являются страны Европейского Союза и СНГ. Согласно данным Центрального Банка РФ доля СНГ как одного из основных получателей российских прямых

инвестиций невысока и имеет тенденцию к снижению: если в 2009 г. российские инвестиции в страны СНГ составляли 9% от всех российских ПИИ, то в 2013 г. эта доля снизилась до 3%. Доля стран Европейского Союза за рассматриваемый период остается стабильно высокой - около 60-70%.

Основными получателями российских капиталов в Евросоюзе в последние годы являлись офшорная юрисдикция Кипр, а также страны, в которых действуют либеральные правовые и налоговые режимы: Нидерланды, Люксембург, Великобритания. При этом одна часть российских капиталов, направляемых в офшоры и другие «налоговые гавани», возвращается обратно в Россию, а другая направляются в третьи страны, что сильно затрудняет учет фактических российских ПИИ за рубежом.

Значительная степень офшоризации российской экономики оказывает негативное влияние на социально-экономическое развитие России, а также способствует ухудшению международного имиджа страны и отрицательно влияет на ее инвестиционный климат.

При осуществлении капиталовложений в активы, находящиеся на территории Европейского Союза, российские инвесторы отдают предпочтение форме слияний и поглощений на фоне общемирового преобладания инвестиций в проекты «с нуля». Это объясняется в основном тем, что использование имеющихся производственных предприятий и инфраструктуры облегчает и ускоряет выход на новые рынки в стране базирования, открывает прямой доступ к необходимым современных технологиям и передовому опыту, а также способствует решению проблемы поиска и найма квалифицированных кадров.

Основной чертой российской инвестиционной активности является то, что значительная часть капиталовложений приходится на ограниченное число российских транснациональных корпораций (ТНК), как государственных, так и частных, причем степень диверсификации их сферы деятельности невелика: около 60% российских ПИИ приходится на крупные нефтяные и газовые компании, а еще 25% - на предприятия металлургической отрасли.

Общее же количество и отраслевую принадлежность действующих в Евросоюзе российских компаний (включая средние и малые компании) точно определить не представляется возможным, однако на примере Германии и в меньшей степени Франции можно сделать вывод, что их количество измеряется тысячами, а сферы их интересов гораздо разнообразнее.

Основным мотивом при инвестировании в страны Евросоюза российскими компаниями сегодня является доступ к новым рынкам сбыта с устойчивым платежеспособным спросом. Другим мотивом при осуществлении зарубежной экспансии российскими компаниями в страны Европейского Союза является доступ к ресурсам, в частности, к квалифицированной рабочей силе, технологиям, а также доступ к более дешевым финансовым ресурсам.

Сохраняющийся низкий уровень диверсификации российских прямых иностранных инвестиций обуславливает возникновение основных проблем при осуществлении капиталовложений на современном этапе.

Основные проблемы, испытываемые российскими компаниями при инвестировании в страны Европейского Союза, связаны, прежде всего, с негативным имиджем России и российских компаний, а также с отсутствием системной поддержки и стимулирования со стороны государства как внутри России, так и в принимающих странах.

С учетом того, что доля нефтегазовых доходов в федеральном бюджете России, составлявшая 20% в 2000 г., выросла до 50% в 2011 г., а также принимая во внимание, что около 2/3 объема российского экспорта обеспечивают сегодня газ, нефть и нефтепродукты, причем на Европейский Союз приходится 80% всего российского экспорта нефти, 70% всего российского экспорта газа и 50% всего российского экспорта угля, особую обеспокоенность вызывают сегодня проблемы, испытываемые Россией при осуществлении инвестиций в топливно­энергетический комплекс стран Евросоюза.

Потенциал оттока российских прямых иностранных инвестиций в страны Европейского Союза в долгосрочной перспективе можно оценить в объёме 50-90 млрд. долл. в год (по потенциалу развития экономики России до уровня стран

Евросоюза с учётом среднегодовых объёмов российских прямых иностранных инвестиций в Евросоюз за период 2008 - 2013 гг. в размере 31 млрд. долл. в год и размера ВВП в России на душу населения - 44% от уровня Евросоюза).

Спрогнозированный потенциал может быть реализован при следующих условиях:

1. Обеспечение количественного и качественного учета российских капиталовложений за рубежом;

2. Деофшоризация экономики;

3. Оказание полномерной государственной (административно-правовой и институциональной) поддержки российских инвесторов;

4. Диверсификация российской экономики.

На основании проведенной оценки инвестиционного климата России в современных условиях, объемов и динамики прямых иностранных инвестиций компаний из Европейского Союза в Россию и анализа их отраслевой структуры можно сделать следующие выводы.

Инвестиционный климат России сегодня остается в целом относительно неблагоприятным. Об этом свидетельствуют оценки, которые присваиваются стране в различных рейтингах и докладах, в частности, в Отчете Всемирного экономического форума о глобальной конкурентоспособности за 2014 - 2015 гг. Россия входит во второй квартиль стран, занимая 53-е место в рейтинге, однако в последние годы согласно данному отчету Россия постепенно улучшает свои позиции. В рейтинге стран по степени благоприятности условий для предпринимательской деятельности Doing Business-2015 Всемирного банка и Международной финансовой корпорации Россия также входит во второй квартиль стран, занимая 62-е место в рейтинге. При этом в 2011 г. Россия занимала только 124-е место и поднялась за четыре года на 62 позиции. Это изменение связано как с положительными изменениями инвестиционного

климата внутри страны, так и с изменением Всемирным банком и Международной финансовой корпорацией методики классифицирования стран.

Оценка инвестиционного климата страны характеризуется также оценкой инвестиционных рисков, производимой ведущими международными рейтинговыми агентствами: Standard&Poor's» («S&P»), «Moody's Investors Service», «Fitch Ratings». Однако после мирового финансового кризиса 2008 г. в России и в мире их деятельность стала подвергаться активной критике, и в адрес агентств стали выдвигаться обвинения в ангажированности, необъективности и занижении суверенных рейтингов стран.

Согласно исследованию инвестиционной привлекательности России «Формируя будущее России», проведенному компанией «Эрнст энд Янг» в 2013 г., Россия занимает шестое место в мире по инвестиционной привлекательности, пропустив вперед себя Китай, Западную Европу, Северную Америку, Центральную и Восточную Европу и Бразилию.

А согласно исследованию инвестиционных перспектив (World Investment Prospects Survey), ежегодно проводимому ЮНКТАД, в 2007 г. Россия занимала четвертое место в рейтинге стран, самых привлекательных на последующие три года для прямых иностранных инвестиций, тогда как в 2014 г. - лишь одиннадцатое.

Главным недостатком инвестиционного климата России, согласно проведенному компаний «Эрнст энд Янг» опросу, является состояние деловой среды: ведение бизнеса в России осложняется целым рядом нерешенных политических, законодательных и административных вопросов, а также высоким уровнем коррупции. У респондентов также вызывают недоверие перспективы устойчивого развития страны и качество жизни и социальной среды в России.

В то же время инвестиционная среда в России обладает и рядом преимуществ, основным из которых является ее емкий внутренний рынок. Преимуществами являются также согласно опросу обеспеченность природными ресурсами (природным газом, каменным углем, нефтью, пресной водой и обрабатываемыми землями) и телекоммуникационная инфраструктура.

Вместе с тем 68% уже действующих в России инвесторов планируют и дальше наращивать свое присутствие, в то время как среди потенциальных инвесторов осуществлять капиталовложения в российскую экономику готовы только 6%, что свидетельствует о том, что инвестиционный имидж России гораздо хуже ее инвестиционного имиджа, а это, в свою очередь, отрицательно сказывается на приток иностранных инвестиций в страну. Основной причиной такого несоответствия является недостаточная информированность потенциальных инвесторов о реальных условиях ведения бизнеса в России.

Руководством страны был принят курс на усиление инвестиционной привлекательности России, в рамках которого в последние годы предпринимаются конкретные шаги, направленные на улучшение российского инвестиционного климата и инвестиционного имиджа. Среди основных мер можно отметить:

- принятие «дорожных карт», реализация мероприятий которых должна обеспечить попадание России в первую двадцатку стран по итогам рейтинга Doing Business;

- создание «Агентства стратегических инициатив по продвижению новых проектов» («АНО «АСИ»»);

- запуск системы «Открытое правительство»;

- ратификация конвенции Организации экономического сотрудничества и развития по борьбе со взяточничеством при заключении международных сделок;

- принятие закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» и др.

Вступление России в ВТО также, как ожидается, будет способствовать общему улучшению делового климата за счет обеспечения «прозрачности» законодательства и мер регулирования торговли, совершенствования институтов, снижения административной нагрузки на бизнес, повышения эффективности защиты прав предпринимателей и защиты интеллектуальной собственности, улучшения условий доступа на рынки товаров и услуг, а также применения международных стандартов в разных областях.

Создание благоприятного инвестиционного климата в России сегодня является главным условием для обеспечения ее устойчивого развития. Однако создание хорошего инвестиционного климата в первую очередь необходимо для внутренних инвесторов, которые готовы и хотят инвестировать для улучшения своего уровня жизни и удовлетворения общественных потребностей. Присутствие же иностранных инвесторов в стране является своего рода «барометром», указывающий на уровень комфортности российской инвестиционной среды.

При этом при привлечении иностранных инвестиций в целях получения новых технологий и управленческих компетенций особое внимание следует уделять развитию человеческого капитала и его поглощающей способности. Кроме того, для того чтобы полностью использовать потенциал поступающих в Россию прямых иностранных инвестиций необходимо повышать уровень научно­технического развития страны.

Согласно статистике Центрального банка РФ Европейский Союз является крупнейшим инвестором в Россию: в 2013 г. на него пришлось 83% от всех поступивших в страну прямых инвестиций.

Виду того, что большая часть поступающих в Россию инвестиций - это по сути внутренние инвестиции, возвращающиеся обратно в страну из офшоров, определить реальный объем поступающих в Россию из Евросоюза прямых инвестиций ввиду отсутствия адекватных статистических данных сегодня затруднительно.

Однако согласно исследованию инвестиционной привлекательности России «Формируя будущее России», проведенному компанией «Эрнст энд Янг» в 2013 г., который содержит анализ реализованных в 2012 г. инвестиционных проектов с привлечением зарубежных капиталовложений, Европейский Союз остается крупнейшим инвестором в Россию.

Учитывая целевые параметры Прогноза долгосрочного социально­экономического развития России на период до 2030 года и применяя теорию пути инвестиционного развития к взаимодействию Европейского Союза и России,

потенциал притока прямых иностранных инвестиций из Евросоюза в Россию может составить 82 - 97 млрд. долл. в год.

Отраслевая структура прямых иностранных инвестиций неравномерна. Основная доля иностранных инвестиций, в том числе, европейских, направляется либо в высокоприбыльные проекты с малыми сроками окупаемости, незначительной фондоемкостью и низким уровнем риска (торговля, услуги, сделки с недвижимостью), либо в экспортоориентированные отрасли (добыча полезных ископаемых, металлургия). Эта отраслевая асимметрия отражает положение России в международном разделении труда: страна выступает на мировой экономической арене как экспортер сырья и продуктов первого передела и как импортер высокотехнологичной продукции.

Отсутствие активной и четко сформулированной государственной стратегии импорта капитала в Россию приводит к его стихийному распределению по сферам и отраслям российской экономики, которое учитывает, в первую очередь, интересы зарубежных инвесторов.